Дисклеймер
* * *
Уже опевают февральские вьюги
Зверюги, готовые встать визави.
Цепями следов оставляют подруги
Им, рвущие ноздри, призывы любви.
С глазами, покрытыми мглой голубою,
Тропы не уступят былые отцы .
От сладкого трепета близкого боя
Ложатся на снег молодые самцы.
И вот закружились в свирепом канкане:
Хвостище поленом, матерый, худой,
Поди ж ты не раз побывавший в капкане,
Потрепанный хахаль и лис молодой.
Играя пружинами мускул под мехом,
Зубов примеряют стальные замки.
Горят, не мигая, на эту потеху
Подруг, раскаленные страстью, зрачки.
И скоро один, торжествующий, красный,
Над телом, едва лишь успевшим упасть,
Восславит вселенную криком ужасным,
Разинув до горла кровавую пасть.
Зверюги, готовые встать визави.
Цепями следов оставляют подруги
Им, рвущие ноздри, призывы любви.
С глазами, покрытыми мглой голубою,
Тропы не уступят былые отцы .
От сладкого трепета близкого боя
Ложатся на снег молодые самцы.
И вот закружились в свирепом канкане:
Хвостище поленом, матерый, худой,
Поди ж ты не раз побывавший в капкане,
Потрепанный хахаль и лис молодой.
Играя пружинами мускул под мехом,
Зубов примеряют стальные замки.
Горят, не мигая, на эту потеху
Подруг, раскаленные страстью, зрачки.
И скоро один, торжествующий, красный,
Над телом, едва лишь успевшим упасть,
Восславит вселенную криком ужасным,
Разинув до горла кровавую пасть.

Comments